## Моти Карпель "Революция сознания". Часть 1. Кризис

# Глава 1. Чувство неудовлетворённости

  В предисловии к этой книге мы упомянули о чувстве неудовлетворённости, которое охватывает израильскую публику уже несколько десятков лет и в последнее время всё более усиливается. Чувствуется, что происходит некое значительное расстройство, если не кризис, процесса функционирования национального организма и процесса возвращения в Сион.
  В этом повинны многие факторы, и как объективные, так и субъективные. Объективно израильская действительность оказалась в очень проблематичной ситуации во многих сферах жизни. Армия Обороны Израиля (ЦАХАЛ) в последние годы уже не та, что была прежде, пусть даже политики и стараются убедить нас снова и снова , что она самая сильная армия на Ближнем Востоке и одна из лучших армий мира. Нам твердят денно и нощно о мощи ЦАХАЛа и подчёркивают, что качество сегодняшнего израильского солдата превосходит качество израильского солдата 60-х годов. Однако реальность последних 30 лет убеждает в том, что это на самом деле не так. Война Судного Дня (1973 г.) может быть представлена как колоссальное достижение, и она действительно является таковой, однако нельзя игнорировать факт того, что израильские силы безопасности проморгали начало этой войны, а также горькие воспоминания, которые она оставила. Операция "Мир Галилее" - Ливанская война (1982 г.) – также не прибавила народу уверенности в высокой боеспособности ЦАХАЛа. Даже не касаясь темы разногласий в обществе, вызванных этой войной, до сих пор мучит вопрос: почему три регулярные дивизии, посланные на операцию по уничтожению нескольких сотен террористов, не смогли справиться с заданием? Необходимо напомнить и о днях, последовавших за этой войной, о долгом периоде, когда попытки ЦАХАЛа побороть отдельные арабские террористические организации не привели к успеху, что позволило израильским левым оказать давление – политическое и через масс-медиа – приведшее к отступлению. О самом отступлении и говорить нечего. Далее вспомним о так называемой "первой интифаде", начавшейся в конце 1987 года и о неспособности ЦАХАЛа приспособиться к коварным методам ведения войны, использовавшимися арабами Иудеи Самарии и Газы (ЙЕША). Даже отговорки, что в причинах тогдашних неудач виноваты политическое руководство и Высший суд справедливости (БАГАЦ), фактически связавший руки армии (последнее вскользь признавалось и покойным главой правительства Ицхаком Рабиным), не в состоянии дать удовлетворительное объяснение неудачам ЦАХАЛа в "первой интифаде". Блестящая операция "Энтеббе, " проведённая в 1976 году, лишь усилила понимание того, что всё могло бы быть иначе, и что есть необъяснимая нестыковка между возможным и действительным. Даже несомненные военные успехи не смогли притупить чувство неудачи, охватившее широкие слои израильского общества. Именно факт наличия этого чувства важен для настоящего обсуждения.
  Беспомощность Израиля ясно просматривается и в политической плоскости. Достаточно лишь упомянуть о Соглашениях Осло, которые сегодня представляются многими политиками различных движений как беспрецедентное в истории сионизма политическое фиаско. Не лучшим выглядит и внешнеполитическое положение Израиля, несмотря на из ряда вон выходящую поддержку, оказываемую со стороны США. Из государства , в начале своего пути завоевавшего немалую поддержку и солидарность, подчас доходившие до обожания, мы превратились в отверженных среди наций мира. Даже если и допустить, что речь тут не идёт о политическом провале, пропагандистский провал налицо.
  Следующий болезненный момент – это сомнения в правоте нашего дела. Уверенность в нашем моральном превосходстве и в нашем праве на эту землю уступила месту сомнениям, самобичеванию и нерешительности, которых в прошлом и в помине не было. Здесь нам даже не важно, оправданна ли эта нравственная критика или нет, а важен сам факт, что она разъедает чувство уверенности в себе и приводит израильтянина к вопросу, который он в отчаянии сам себе задаёт: "Что же с нами случилось"?
  Кризис задел и политическое руководство. Не столь важно, действительно ли наши избранники в прошлом являлись высоконравственными людьми, или же это лишь идеализация прошлого. Важно то, что в наши дни бытует общепризнанное мнение, что политическое руководство нации состоит из людей мелких, из интересантов, гоняющихся за почётом и славой. Политиками движут в основном личные амбиции и они не соответствуют элементарным нравственным критериям. Когда израильтянин всматривается в своих избранников, его обычно охватывают разочарование и отчаяние.
  Этот список можно продолжать и дальше. Мы могли бы рассмотреть социальную напряжённость в израильском обществе и проблему взаимоотношения религиозных и светских евреев. Мы могли бы поговорить и об израильских арабах, сорвавших маску лояльности и показавших нам, что наши мечты о мирном сосуществовании были оторваны от действительности. И о Верховном суде, о чувстве отчуждения между ним и широкими слоями народа. И о социальной напряженности в обществе и об экономическом положении, и ещё о многом другом. Но наша цель - не сыпать соль на ноющие раны национального организма , а попытаться показать, что израильское общество ощущает глубокий кризис, что исторический процесс возвращения в Сион забуксовал, и выхода из этого не видно.
  До сих пор мы разбирали объективные причины чувства неудовлетворённости. Теперь перейдём к субъективным.
  Во-первых, вспомним, что последние поколения в Израиле росли в атмосфере идеализма. Мы были воспитаны на героических образах первых поселенцев и воинов, воплощающих сионистскую мечту. Часть из них отдали жизнь за дело возрождения нации. Наше поколение, выросшее на этой земле, несёт на себе глубокую печать традиции идеализма. Мы впитали её из атмосферы молодёжных движений, боевых традиций, морального духа ЦАХАЛа , поездок, направленных на углубление знаний о стране, и всего остального, на чем воспитывалось подрастающее поколение. Благодаря этой атмосфере мы добровольно пошли служить в боевые части. И вдруг, когда мы вышли на "гражданку," мы увидели, что всё это, по сути, было блефом. Мы столкнулись с цинизмом, приземлённым материализмом, мелочностью, малой и большой ложью – словом, с большим несоответствием между атмосферой идеализма , в которой мы росли, и неприглядной действительностью. Очень быстро мы научились "работать локтями," пожирать друг друга , делать карьеру и деньги, и. Тем не менее, душу так просто не обманешь. Что-то идеалистическое внутри нас до сих пор напоминает о себе желанием реализоваться, до сих пор причиняет боль и не даёт нам смириться с окружающей посредственностью. Нашим уделом стали неудовлетворённость и разочарование на фоне того ощущения, что когда-то всё было не так и что существующий порядок вещей необходимо изменить.
  Однако наше обсуждение затрагивает не только тех, кто вырос здесь. Немалая часть репатриантов последних десятилетий также была проникнута идеалами. Да и у тех, кто приехали в силу иных причин, не было недостатка в душевной тоске по Эрец Исраэль – чувству, присутствующему в душе каждого еврея, кем бы он ни был. Многие репатрианты стремились к обновлённому еврейскому обществу, удовлетворяющему самым высоким критериям, или, по крайней мере, к достойной жизни, которая придаст смысл их личному существованию. Сегодняшнему жителю страны не нужно объяснять, что нынешнее общество очень далеко от этих надежд.
  Вторым субъективным мотивом разочарования является представление, что не так уж давно порядок вещей был иным. Большинство из нас хорошо знакомо как с достижениями сионизма , так и с их ценой, которую пришлось за них заплатить. В 1967 году в Шестидневной войне героическим усилием мы добились беспрецедентных достижений национального масштаба , а сегодня мы с головой утопаем в проблемах, которым не видно решения. Сегодня проблема не в том, что имеются трудности, которые в общих чертах понятно как преодолеть и требуется только коллективное усилие с участием всего народа. Нынешние проблемы кажутся принципиально не имеющими решения, с какой стороны на них не посмотри. Именно эта безысходность, особенно на фоне больших успехов предыдущих десятилетий, усиливает ощущение тупиковости нынешнего положения.
  Третья причина чувства неудовлетворённости присуща самой еврейской душе – как-никак, речь тут идёт о евреях. Еврей находится в постоянном поиске. Находящаяся в нём особая дополнительная душа , происходящая из идеального мира , налагает на него глубокое, обычно бессознательное ощущение иной реальности. Эта душа всё время подвигает его на дальнейшее движение, никогда не позволяя удовлетвориться теперешним человеческим положением. Эта внутренняя искра , "познавшая" высшие миры, создаёт внутри нас тоску по чему-то иному, подталкивает нас к осознанию частичности любого достижения и не позволяет нам почивать на каких бы то ни было лаврах. Надо полагать, что даже если бы всё было гладко в нынешней израильской действительности, то и в этом случае мы не смогли бы в течение длительного времени сидеть «каждый под своей виноградной лозой и под смоковницей». Тем более нынешняя израильская действительность – настолько проблематичная и настолько интенсивная – не даёт нам смириться с ней и требует от нас решения и исправления создавшейся ситуации.
  И субъективно и объективно Израильское общество характеризуется чувством глубокого кризиса , проявляющегося в ощущении тупика и утраты национальных ориентиров.
  Несмотря на наличие в обществе явных признаков этого кризиса , нельзя сказать, что его осознание находится на развитом и сознательном уровне. Для рядового израильтянина это пока что некое неясное чувство, витающее в воздухе и не удостаивающееся всестороннего рационального анализа. Как правило, израильское общество рассматривает стоящие перед ним проблемы как проблемы частные. Несмотря на остроту чувства кризиса , на сознательном уровне нынешняя проблематика не осознаётся пока как тотальная проблема , охватившая все сферы жизни, как кризис, чьи корни уходят далеко вглубь. Многие не связывают между собой социальные и экономические проблемы и проблемы безопасности и полагают, что каждая из проблем коренится в своей области и только внутри неё и должна решаться. Специалисты в области экономики что ни день предлагают нам новые экономические программы. Им и в голову не приходит взглянуть на экономику в связи с иной, гораздо более значительной проблемой. Другие специалисты занимаются разработкой чисто политических программ, направленных на решение так называемого "израильско-палестинского конфликта ". Возможность того, что главный фактор нынешней проблематики не чисто политический, а затрагивающий самые основы национального бытия, вообще не рассматривается.
  Рассмотрение каждой области по отдельности без видения всей совокупности проблем подобно попытке вылечить сыпь, распространившуюся по всему телу, рассматривая лишь каждый орган по отдельности. Но цель лечения – не устранить симптом. Необходимо сфокусироваться на причине болезни, а не на наружных проявлениях. Мы будем стремиться доказать, что проблемы, поразившие израильское общество, имеют общий корень, уходящий в саму сущность сионистской идеологии, и что решение этих проблем таится в этом внутреннем слое. Эти проблемы проистекают из идеологических основ сионизма – мировоззрения и формулировки целей движения, призванного претворить в жизнь "возвращение в Сион".
  < < К оглавлению < < > >К следующей главе > >