## Моти Карпель "Революция сознания"
Часть 2. Выход из тупика - новое сознание

# Глава 5. Нынешнее поколение возвращается к истокам

  Более двадцати лет назад в израильском обществе началось значительного масштаба явление, которое принято называть хазара бе-тшува (в буквальном переводе – "возвращение к ответу","раскаяние;" имеется в виду возвращение в лоно иудаизма, принятие еврейского образа жизни и мировоззрения. Иногда для обозначения этого явления обходятся одним лишь словом тшува. – Прим. перев.). Вдруг, ни с того ни с сего, многие из тех, кого можно назвать израильтянами до мозга костей – светски образованные, выходцы из киббуцов и мошавов, отслужившие в боевых частях, выпускники колледжей и университетов – заинтересовались миром Торы. Оставив свои прошлые занятия, сменив места своего проживания, эти люди пошли учиться в ешивы и стали посвящать большую часть времени и сил изучению Торы. Сменив одежду и образ жизни, они полностью переориентировались на жизнь в соответствии с Торой и её заповедями.
  Перечислим основные характеристики этого явления. Во-первых, речь уже не идёт об одиночках, этаких "белых воронах," а о значительной массе людей – как минимум десятки тысяч человек. Во-вторых, речь идёт о "нормальной," во всех смыслах слова , израильской публике: не о каких-то необычных молодых людях, но, напротив, о молодёжи с типично израильской анкетой, о людях, которые являются выходцами из всех слоёв общества. Некоторых из них можно по праву назвать "соль земли". В-третьих, речь не идёт об организованном общественном или политическом движении – за исключением, возможно, партии ШАС – а о личном выборе. В-четвертых, ядром этого явления, по крайней мере на его ранних стадиях, были люди, которые совершили резкий поворот от светского образа жизни к полностью религиозному, нередко даже к ультраортодоксальному. В-пятых, стоит обратить внимание и на то, что подавляющее большинство молодых людей, совершивших такой переворот в своей жизни, с тех пор не одумались, не вернулись в то общество и к тому образу жизни, от которого они отказались, и нашли себя в рамках традиционного еврейства.
  Абстрагироваться от этого значительного явления невозможно. Некоторые, правда , преуменьшают его значение, утверждая, что не меньшее, если не большее, число израильтян оставляют религиозный образ жизни ради светского. Но даже если в количественном плане это и так, тот, кто не понимает существенную качественную разницу между этими двумя социальными явлениями, проходит мимо одного из самых значительных и захватывающих общественных явлений в израильском обществе за последние десятилетия.
  В том факте, что до сих пор происходит переход из традиционного мира в светский, нет никакой новизны. Это явление нам хорошо знакомо уже двести лет, и за этот период оно охватило подавляющее большинство еврейского народа , которое оставило традиционные социокультурные рамки и религиозный образ жизни. Тот факт, что остались те, кто ещё не сделали этот переход, а совершают его лишь сейчас, не несёт в себе ничего принципиально нового. Важность состоит как раз в обратном процессе – явлении тшувы. Серьёзного разбора требует факт, что светский израильтянин, получивший израильское сионистское воспитание, отслуживший в армии и впитавший в университете западное мировоззрение, начинает глубоко интересоваться еврейской традицией и принимает решение положить её в основу своего мировоззрения. Более того, речь идёт о людях, которые никогда прежде не входили в интеллектуальное соприкосновение с духовными источниками народа Израиля, и всё их знакомство с последними начинается и кончается уроками ТАНАХа в школе. О людях, которые бывали в синагогах, может быть, лишь изредка на праздничных молитвах. Сам факт, что это явление, немыслимое в 50-х и 60-х годах, становится повсеместным, требует внимательного рассмотрения. Следует понять, в чём тут дело.
  Самое время вновь упомянуть Виктора Франкла и его книгу «Человек в поисках смысла». Да , речь идёт о поисках смысла . Тот, кому явление тшувы знакомо не понаслышке, кто подходит к нему непредвзято, видит, что этот процесс искренний. Молодые люди, которым посчастливилось вырасти среди изобилия израильского общества западного типа , почувствовали, что им надоела приземлённая, лишённая смысла жизнь, и принялись "искать себя". Западная культура , успешно удовлетворяя многие важные потребности, не удосужилась дать ответ на самые глубокие и принципиальные вопросы: в чём смысл жизни, её значение и цель. Эти глубокие вопросы, оставшись без ответа , привели к экзистенциальной путанице. Многие парни и девушки пустились в путь духовного поиска , стремясь найти на них ответ. Они отправляются в длительные заграничные поездки – на Дальний Восток и в другие места. Путь к иудаизму нередко оказывался для них весьма длинным, лишь в немногих случаях он был коротким и прямым. Разочарование в западной культуре, в её неспособности дать серьёзные ответы на вопросы о смысле жизни и её содержании, стало для них поводом пуститься в духовный поиск, который во многих случаях привёл их в лоно иудаизма.
  Каждый человек, кем бы он ни был, ищет смысл в жизни, но большинство людей в конечном счёте смиряются с разочаровывающей действительностью и продолжают жить бессодержательной жизнью, пытаясь оттеснить вопросы о смысле на задний план, не позволяя им будоражить их сознание. Как правило, большинству людей удаётся не слишком обращать внимание на эти ноющие вопросы, погружаясь в повседневные заботы. В западной культуре существует великое множество средств, которые направлены именно на то, чтобы успокоить эту потребность посредством материальных заменителей. Если бы нашей темой было исследование современной западной культуры, мы показали бы, что почти вся она вертится вокруг необходимости подавить крик человеческой души, вопрошающей о смысле. Она предоставляет всяческие духовные суррогаты, но у неё нет никакого понятия, как удовлетворить этот дефицит. Если и существует какая-то значительная сила , угрожающая социальным, экономическим и политическим структурам Запада изнутри, то это как раз то, о чём мы сейчас говорим. Эта сила способна разрушить западную культуру изнутри, и поэтому последняя прилагает так много усилий для её нейтрализации.
  Одна лишь бессмысленность сама по себе ещё не достаточна для того, чтобы заставить человека пуститься в духовный поиск. Западная культура владеет многими техниками для притупления экзистенциального кризиса. В случае тшувы к индивидуальному духовному кризису прибавляется позитивное внутреннее пробуждение, духовная жажда. Израильская душа пробуждается от спячки и со всё возрастающей настойчивостью начинает требовать от сознания наполнить жизнь истинным смыслом. Такое пробуждение души – это высвобождение внутренней сущности, чья мощь столь огромна , что одно поверхностное сознание не в силах её одолеть. Доселе неведомые масштабы еврейской души вдруг прорываются откуда ни возьмись и выставляют жизненные реалии в совершенно новом свете. Они открывают горизонты, о которых человек ранее и не подозревал.
  Это внутреннее душевное пробуждение берет начало в скрытых от сознания глубинах души и начинается спонтанно, а точнее, по сигналу свыше. Так израильская душа необъяснимым образом появилась как бы ниоткуда и подтолкнула советских евреев восстать против советских репрессивных органов и потребовать возвращения в Эрец Исраэль. Именно та самая израильская душа пробудилась после двухтысячелетней галутной спячки и создала сионистское движение, целью которого было возвращение на землю предков. Израильская душа пробуждается когда нация находится в отчаянном положении – перед Шестидневной войной, например, и в один миг превращает разобщённый и раздробленный народ в стальной кулак национального единства , равного которому нет во всей Вселенной.
  Сила , которая лежит в основе процесса тшувы в нашем поколении, имеет ту же природу. Тот, кто пытается игнорировать этот факт, упускает возможность понять происходящее сегодня в израильском обществе.
  Это явление является религиозным в оригинальном смысле этого слова, а не в социокультурном смысле, о котором мы говорили выше. Здесь речь идёт о том, что человек начинает искать не просто смысл, но и своего Б-га. Возникает явление, которое носит характер религиозных переживаний – индивидуальных, внутренних, интимных. Светский израильтянин, несмотря на то, что не получил воспитания, располагающего к б-гоискательству, ищет и находит своего Б-га в процессе откровенного диалога с самим собой и со своим Создателем. Никто извне не склонял и не принуждал его к этому.
  Явление тшувы в нашем поколении заключает в себе элементы принципиальной важности. Мы говорили о необходимости обоснования смысла еврейского существования в Эрец Исраэль на основе классических еврейских источников, об объективных факторах и об историческом раскладе, располагающем к этому. Все это было бы лишь интеллектуальным анализом, ценность которого невелика , если бы он не базировался на реально происходящих процессах. Человеческий тип, олицетворяющий сознание "эмунит," уже начинает выходить на сцену. Религиозный сионизм обладает несомненным потенциалом для синтеза нового сознания, а теперь мы можем добавить и процесс тшувы, как свидетельство начала эпохи "эмунит".
  Процесс тшувы в нашем поколении – это основа для обновления, это живое обращение к источникам в процессе поиска традиционного содержания. Культурные изменения здесь основаны на аутентичном религиозном переживании. Альтернатива не просто ищется в историческом иудаизме, она не только логически обоснована и достойна серьёзного рассмотрения, но и реализуется на практике естественным путём прямо у нас на глазах. Если до сих пор мы обсуждали только такую возможность, то теперь мы видим, что перед нами тенденция, имеющая глубокие корни в израильской действительности. Она сможет привести нас к выходу из кризиса. Масштабы этого явления ещё не приняли общенациональный характер, но этому нет видимых препятствий.
  Этот значительный и естественный процесс позволяет нам утверждать, что альтернатива "эмунит" уже не просто теория, которую можно и даже желательно принять на вооружение. Очерченный нами путь является осознанием существующих тенденций израильской жизни. Необходимо создать подходящий инструментарий, который позволит этим тенденциям реализоваться, выполнить свою миссию. Загадка израильской действительности в нашем поколении имеет разгадку, которая придает смысл тому, что происходит вокруг нас и внутри нас. Мы только должны рассмотреть происходящее в новом свете, иначе, чем мы привыкли до сих пор.
  Вернёмся к явлению тшувы. Типичный израильтянин, совершающий тшуву, прошел все стадии конвенционального израильского воспитания, основанного на сионистском и западном сознании. Прошедший тшуву несёт в себе весь тот культурный груз, который он усвоил в процессе получения им общего – западного и универсального – образования: знания, моральные устои, ментальность и т.д. Нередко он приносит с собой западную интеллектуальную традицию ведущих университетов США, во многих других случаях он несёт в себе по крайней мере интеллектуальную традицию отечественных высших учебных заведений. Нередко совершивший тшуву предпочитает скинуть весь это груз, позабыть его, отгородиться от него в процессе происходящих с ним перемен. Такого рода отчуждение, пусть и являясь распространённым явлением, носит на деле лишь поверхностный характер. В конце концов, культурный отпечаток, который несёт на себе человек, сокрыт в глубинных слоях души, и невозможно убежать от него, стереть его одним махом даже при большом желании и упорных попытках. В один прекрасный день он вновь даст знать о себе, пусть он даже подавлялся в течение многих лет. Да и нет никакой потребности в том, чтобы человек, совершивший тшуву, выбросил всё, что он получил прежде. Не всё черно и негативно в том мире, который он оставил, и не всё розово и позитивно в том мире, куда он пришёл. Если он человек взрослый и зрелый – а в большинстве случаев это так – и если он способен на интеллектуальный анализ происходящего с ним – дело хоть и нелёгкое, но безусловно необходимое, – то он займется разборкой своего культурного багажа. Теперь он видит в иудаизме основу, на которой он строит заново свою личность. Эта основа нова для него. И вместе с тем, несмотря на своё лишь краткое знакомство с традицией и несмотря на то, что он стоит перед общепризнанными авторитетами мира Торы, он не принимает автоматически всё как есть, без изучения и взвешивания всех "за " и "против". Ведь человек несет в себе определённый груз культуры, свою систему ценностей. Кроме того, он пришёл в лоно иудаизма в результате впечатления от своей личной встречи с Творцом. Он уже обладает внутренними критериями для того, чтобы отличить правду от лжи, оригинал от подделки, главное от второстепенного, суть от внешнего облика. Пусть это верно не для каждого, но для многих в этом сама суть процесса тшувы.
  И вот такой человек знакомится с источниками, с религиозным укладом, с религиозной частью общества , принимает их в общем и целом как они есть. Однако недостаточно только лишь подвергнуть всё это критическому анализу и докопаться до сути посредством обретённых навыков. Ещё раз вспомним, что человек, совершивший тшуву, ищет истину, ищет иудаизм не в меньшей, а наверное и в большей степени, чем евреев. Иными словами, он постоянно подвергает критическому анализу нынешнее воплощение иудаизма в плане духовном, социальном и в плане Торы – в свете вечного иудаизма , каким он понимает его, осознавая при этом, что его способность к пониманию ограничена. В течение своей жизни он как бы дистиллирует традиционный иудаизм в той форме, в которой он существует в нашем поколении, досконально разбирает его, совершенствует и пытается реализовать, приближая к своему собственному идеалу иудаизма.
  Но это лишь одна сторона духовного роста , которым характеризуется процесс тшувы. Другая его сторона не менее важна. Как уже было сказано, человек приносит с собой весь груз западной культуры, из которой он пришёл, и отныне он видит в иудаизме вообще и в Торе в частности обязательный критерий для своей жизни, мерило, которым он меряет и судит всё, с чем приходит в соприкосновение. Первое, что он подвергает критическому анализу на основе критериев иудаизма – это своё прошлое. Всё негативное, достойное быть преданным забвению, сразу же отметается. Всё остальное – идеи, идеалы, поведенческие стереотипы, ценности, таланты и т.д., весь свой личный мир – он начинает тщательно проверять одно за другим. Он отбирает из культурного мира Запада то, что удовлетворяет критерию иудаизма. Это длительный процесс, который будет продолжаться до конца жизни. Так происходит историческая встреча мира западной культуры с миром иудаизма. И эта встреча отнюдь не является бесплодной дискуссией заумных интеллектуалов, вроде телевизионного "ток-шоу". Тут происходит встреча в сознании человека на стыке двух культур; при этом единственное, что им движет – это стремление найти истину. Это единственное место, где встреча этих двух культур сможет принести плоды. И есть ещё одно обстоятельство, на которое важно обратить внимание: критерием для анализа является иудаизм. Иными словами, происходит диалог, в процессе которого иудаизм подвергает западный мир критическому разбору, будучи при этом знакомым с ним близко и изнутри, будучи связанным с ним отношением принадлежности и солидарности, искренне стремясь к глубокому пониманию, а не к безоговорочному отверганию. Здесь нет нужды ни в оборонительных мерах, ни в политкорректности, и ни в чём другом из того, что обычно делает подобные разбирательства малопродуктивными. Повторим: иудаизм просеивает западную культуру в соответствии со своими собственными критериями, отбрасывает всё ненужное и берёт с собой – в буквальном смысле – то, что действительно достойно этого. Иудаизм ищет в себе самом, в своём духовном мире истоки и корни всего того, что достойно сохранения, те искры истины, которые имеются в любой культуре и любом проявлении человеческого бытия. Культурный элемент проверяется на существование его прототипа в иудаизме. И только при выполнении этого условия он будет включён в еврейскую традицию, займёт в ней подобающее место, войдёт таким образом в копилку общечеловеческой культурной традиции и останется жизненно необходимым также и долгое время после того как преходящая культура , из которой он пришёл, возможно сама уйдёт в небытие.
  Это колоссальное метафизическое событие, происходящее в сознании индивидуума. (Справедливости ради следует сказать, что любой еврей, каким бы он ни был, производит такого рода доскональный разбор, но в процессе тшувы он происходит в тысячи раз интенсивнее и становится одним из наиболее характерных её черт. Иудаизм способен к такому анализу, поскольку обладает своими собственными критериями истинности. Это критерии, дарованные на горе Синай, и с ними он продвигается по стезям человеческой истории вот уже четыре тысячи лет
  Совершающий тшуву сам не всегда имеет понятие о своей важной функции для всего человечества. Он производит в своей частной жизни селекцию всего своего культурного багажа , и её результат включается в жизнь израильской нации. "Как нет похожих лиц, нет и похожих мнений" (Иерусалимский Талмуд, трактат Брахот, часть 9, стр. 13-3, 11). Когда этот процесс происходит со многими людьми и каждый несёт с собой свой собственный груз, становится понятным, что сознание "эмунит" является культурным синтезом и селективной интеграцией знакомого нам израильского сознания. Это внутренняя историческая динамика , пусть даже большинство из нас и не задумывается об этом. Эта интеграция уже не просто отвлечённая идея, а живая действительность.
  До сих пор мы обсуждали явление тшувы в нашем поколении в её узком смысле, сосредоточившись на ядре этого процесса. Речь шла о людях, в жизни которых происходит крутой поворот, образ жизни которых изменяется до неузнаваемости, которые оставляют мир, из которого они вышли, и принимают на себя бремя Небес и бремя правил, по которым живёт религиозная часть общества. Но вместе с тем это явление порождает расширяющиеся круги, в которых современное сионистское израильское сознание встречается с миром иудаизма. Отметим три его главные разновидности.
  В современном израильском обществе наблюдается всё нарастающий интеллектуальный интерес к литературным источникам исторического иудаизма, так называемое "возвращение к еврейскому книжному шкафу". Это не процесс тшувы и не соблюдение заповедей, а чисто интеллектуальная деятельность образованной и думающей части израильтян, которую не стоит недооценивать. Во-первых, оно придаёт легитимацию традиции по отношению к культурному багажу, который ещё десятилетия назад считался примитивным, устаревшим и малоценным, по крайней мере в глазах кругов, о которых идёт речь. Во-вторых, мы вновь видим, что поиски выхода из кризиса приводят – возможно, пока и неосознанно – к еврейским источникам. Вновь открылся путь, ведущий к встрече израильского сознания с традицией, встрече, в которой заложен очень ценный потенциал. Мы знаем, с чего начинается эта интеллектуальная деятельность, но не знаем, куда она приведёт. Здесь нет намёка на возможность того, что все те, кто осмелились открыть дверцы еврейского книжного шкафа , совершат со временем тшуву . Часть их, несомненно, пройдёт этот путь, но сейчас нас интересует вовсе не это. То, что действительно представляет для нас интерес – это те возможности, которые несёт в себе эта обновлённая встреча современного израильского сознания с еврейской традицией, и именно когда речь идёт о кругах "думающих людей," представителей творческих профессий и интеллектуалов. Открывается дополнительная возможность для попыток осмысления источников и их использования, а ведь именно в такого рода попытках мы нуждаемся для формирования сознания "эмунит". Также и с этой точки зрения, начинается истинный и легитимный поиск еврейского самоопределения. И поскольку мы верим в этих ищущих, в высокий уровень и искренность их поисков, мы ждём, затаив дыхание, плодов, которые созреют в процессе этой особенной встречи. Когда мы занимаемся распознаванием процессов, из которых должна будет выкристаллизоваться культура "эмунит," мы берём в расчёт как данное явление само по себе, так и его будущие плоды.
  Второй феномен, на который мы считаем нужным обратить внимание – это тшува в более широком смысле. Мы говорим о многих тысячах израильтян, которые принимают на себя бремя Торы и заповедей, но при этом никуда не уезжают, не идут учиться в ешиву, не оставляют свою специальность и свою работу, а также внешне не изменяют свой образ жизни кардинальным образом и единовременно. Речь идёт о принимающем всё более широкие масштабы явлении принятия иудаизма постепенно, спокойно, без кризисов и переворотов во внешней стороне жизни. Это явление, получившее развитие в последнее десятилетие, является следствием того, что мы назвали "ядром" процесса тшувы . Оно распространяется в широких кругах и даёт возможность дополнительным десяткам тысяч израильтян присоединиться, своим путём и в своём ритме, к процессу возвращения к истокам – процессу, который мы на этих страницах пытаемся распознать. Для части из них, в основном молодёжи, это явление принимает формы религиозного сознания и бытия, характеризующиеся нарочито небрежным и богемным стилем. Такое направление выглядит подчас чуждым религиозному и ультрарелигиозному обществу, которое смотрит на них в соответствии с принципом "доверяй, но проверяй". Однако оснований для беспокойства нет! Это не "сорняки," а искренние попытки сближения, которые очень важны для нас, ибо и в них заключён шанс в прокладке новых дорог к формированию еврейского самоопределения. Это именно тот случай, когда необходимо стать на позицию открытости и верить, что именно здесь перед нами "камень, отвергнутый строителями," который "ляжет в основу здания" (Теилим стих 118 :22, перевод М.Левинова).
  И последнее явление, которого мы считаем нужным коснуться при нашем рассмотрении процессов тшувы в израильском обществе – это феномен движения ШАС. Мы оставили это явление напоследок вовсе не потому, что оно наименее важно, а потому, что оно достойно отдельного обсуждения.
  Если вообще возможно выделить феномен, который свидетельствует более чем что бы то ни было о тенденциях "эмуни," набирающих силу в израильском обществе, то это возвращение в лоно иудаизма выходцев из восточных общин. Несмотря на то, что этот процесс скомпроментирован политическими интересантами, невозможно усомниться в его аутентичности и искренности. Сефардское еврейство подверглось совершенно иным процессам и испытаниям, чем выходцы из Европы, которыми мы занимались до сих пор. В большинстве своём сефарды не отмежевались от мира традиций. Узы, связывающие его с иудаизмом, не оборвались, и его еврейская самоидентификация сознательна и ярко выражена. Вред, который причинила западная культура этой части народа , является относительно неглубоким. Сам факт, что одним махом, естественным и бесхитростным образом, как нечто само собой разумеющееся, они способны вновь войти в контакт с традиционным сознанием, свидетельствует о том, что они на самом деле никогда и не оставляли его.
  Важность этого феномена для нас проявляется в трёх факторах. Во-первых, он сразу превращает большинство израильской публики в людей, соблюдающих традиции, и обладающих естественным, самоочевидным и ясно формулируемым еврейским самоопределением. Этим сефарды придают тенденции "эмуни" массу и количество, посредством которых она может превратиться, если уже не превратилась, в тенденцию общенациональную.
  Во-вторых, что не менее важно, сефардское еврейство открывает перед процессом культурного развития качественно новые горизонты и новое содержание, которые смогут сделать его во много раз богаче. Груз, который оно несёт с собой и который станет его вкладом в идейную интеграцию, является настоящей сокровищницей традиционной еврейской культуры. Вклад сефардского еврейства в развивающуюся культуру "эмунит" будет совершенно естественным, поскольку в основу этой культуры ляжет уже не западная культура и даже не культура сионистско-ашкеназская, чрезмерно секулярная, – а еврейская. Благодаря этой основе уже не будет нужды в искусственной интеграции или исправляющей дискриминации (не стоит забывать, что несмотря на то, что мы используем социологические термины, мы пока что говорим лишь об интеграции идейной). Вполне может статься, что именно сефардское еврейство заложит основы культуры Третьего Храма , и это как раз в силу того факта , что в его среде цепочка , по которой традиция испокон веков передавалась из поколения в поколение, практически не прервалась.
  Третий фактор – социальный. Общинное противостояние – это одна из основных социальных болезней, которую израильское общество пытается излечить – пока что без особого успеха , о чём свидетельствует хотя бы политический успех партии ШАС. Еврейское самоопределение, которое должно будет лечь в основу сознания "эмунит," поможет решить и проблемы общественного раскола. Очевидно, что понятие еврейского самоопределения подходит в равной мере и ашкеназам, и сефардам. Это понятие создаёт общую базу для всех общин, и на его основе каждая община сможет найти своё естественное и подобающее ей место, причём безо всякого отчуждения. Наоборот, мы уже отметили, что как раз сефардское еврейство сможет принять эту основу более естественным образом, чем светское ашкеназское. Ясно, что еврейское самоопределение само по себе не решит эту проблему, ибо раны ещё слишком глубоки. Но оно позволит создать основные предпосылки для их лечения. На данной стадии в наши планы не входит углубляться в социологические аспекты проблемы, поэтому мы ограничимся одним лишь этим важным замечанием.
  Подведём итоги:
  Тшува стоит в одном ряду с целой группой явлений, альтернативных сегодняшнему сионистскому сознанию. Тшува ищет альтернативу в классических еврейских источниках. Здесь происходит обновление еврейской традиции на аутентично религиозной основе. Обновят ее те, кто имеет прямой доступ к западной культуре, к классическому сионизму и современной израильской культуре, а так же к традиции евреев – выходцев из восточных общин. Процесс тшувы порождает, с одной стороны, синтез и, с другой, селекцию и анализ идей, рождающихся в этом процессе. Он играет важную роль в создании и строительстве будущей культуры "эмунит".
  < < К оглавлению < < > >К следующей главе > >